Сектор права

Объединение судов: прогнозируем последствия

Максим ПОЛОВИНКО, заместитель главного редактора журнала "Юрист"

В существующем виде целесообразность реформы вызывает определенные сомнения.

В существующем виде целесообразность реформы вызывает определенные сомнения.

В стране идет подготовка к реформированию судебной системы. Планируется объединить хозяйственные и общие суды, а также службы судебных исполнений этих судов. Однако целесообразность такого объединения пока неочевидна.

Беларусь с завидным упорством копирует различные нововведения, предлагаемые к реализации в Российской Федерации, но не всегда понятные гражданам и не всегда кажущиеся им целесообразными.

Вот, к примеру, отказ от перевода часов на зимнее время, давший повод для огромного числа шуток и непонимания: неужели у российской власти больше нет других проблем в экономике, кроме как заниматься переводом часов? Беларусь, исходя из своих внутренних, но тоже не всегда понятных побуждений, это скопировала.

Еще одна реформа, неоднозначно воспринятая профессиональным сообществом России, - объединение арбитражных судов и судов общей юрисдикции. Процесс пока идет, предложенным проектам законов придан характер конституционных, то есть требуется соблюдение достаточно серьезной процедуры при их принятии. Ученые-правоведы, судьи и юристы-практики активно обсуждают предстоящие изменения. Беларусь тоже решила пойти по этому пути: в недрах государственных органов были разработаны планы по реформированию судебной системы.

К сожалению, информации об этом весьма мало, хотя такое объединение должно состояться немногим более чем через 2 месяца. При этом в профессиональных и околопрофессиональных кругах объединение обсуждают крайне мало.

Суть реформ.

Согласно подготовленным проектам декрета и двух указов президента предложено:

1. Присоединить систему хозяйственных судов к системе общих судов.

2. Передать функции материально- технического обеспечения системы судов общей юрисдикции от Минюста Верховному суду.

3. Объединить службы судебных исполнений общих и хозяйственных судов и передать единую службу в ведение Министерства юстиции.

Рассмотрим, в чем конкретно будут заключаться эти изменения.

Объединение судов.

Согласно подготовленным проектам документов реформа будет заключаться в следующем: с 1 января 2014 года Высший хозяйственный суд полностью присоединяется к Верховному суду с ликвидацией такой организационной структуры, как ВХС, а хозяйственные суды областей и г. Минска переименовываются в экономические суды областей и г. Минска.

Следует отметить, что словосочетание "Высший хозяйственный суд" в тексте Конституции РБ встречается несколько раз, но речь там идет скорее о процедурных вопросах (например, кого и с чьего согласия назначает президент, кто должен присутствовать на присяге президента). Как таковое разделение судов на общие и хозяйственные в Конституции не закреплено.

Экономические суды включаются в систему общих судов и подчиняются Верховному суду (в настоящей статье мы не будем затрагивать военные суды и касающиеся их изменения). При этом в Верховном суде, помимо существующих судебных коллегий по уголовным, гражданским делам и по делам интеллектуальной собственности, образуется новая судебная коллегия по экономическим спорам (фактически в этой коллегии будут работать нынешние судьи ВХС).

Также определенные изменения затронут процесс самоуправления судей (квалификационные коллегии, определение штатного расписания и т. д.). Их мы оставим за пределами статьи, поскольку они затрагивают внутренние вопросы судоустройства. Сама же система судов будет называться "суды общей юрисдикции".

Что касается изменения процессуальных кодексов, в которых идет прямая отсылка к конкретным судам, то проекты нормативных актов президента достаточно дипломатично обходят эти вопросы. Отмечается, например, что законодательные акты применяются в части, не противоречащей будущему декрету.

Кроме того, установлено, что Верховный суд, а также пленум и президиум Верховного суда наделяются полномочиями, предоставленными законодательными актами Высшему хозяйственному суду, а также пленуму и президиуму Высшего хозяйственного суда.

Материально-техническое обеспечение системы судов общей юрисдикции.

В настоящий момент материально-техническим обеспечением общих судов (финансированием со всеми вытекающими последствиями, обеспечением деятельности и т. д.) занимаются Министерство юстиции и управления юстиции облисполкомов (Минского горисполкома), а хозяйственных судов - Высший хозяйственный суд. После создания единой системы она сама будет заниматься своим обеспечением.

Источниками поступлений, кроме бюджетных средств, согласно предлагаемым проектам документов, станут также отчисления от сборов за принудительное исполнение судебных решений в размере 30%.

Объединение службы судебных исполнителей.

Согласно проектам нормативных актов предполагается создание департамента по исполнению судебных постановлений и иных исполнительных документов в составе Минюста с одновременным созданием территориальных органов. Новая служба является "наследником" системы судебных исполнителей общих и хозяйственных судов.

Ряд полномочий, ранее осуществляемых судьями в исполнительном производстве, переданы департаменту. Установлено, что исполнительные документы, принятые в сфере экономической деятельности, исполняются на основании хозяйственного процессуального законодательства, а остальные - на основании гражданского процессуального законодательства.

Также предполагается, что за принудительное исполнение с физических и юридических лиц будет взыскиваться единая ставка - 10% от сумм, взысканных в доход государства.

Что нас ждет?

Думаю, что простое обсуждение целесообразности затеянной реформы не столь интересно "пользователям" судебной системы - экономике, субъектам хозяйствования и гражданам, обращающимся за разрешением споров в суды. Ведь какая разница, какая вывеска на здании? Поэтому попробуем спрогнозировать практические последствия такого объединения: произойдет что-либо после "смены таблички" или нет.

Во-первых, сразу хочется отметить очевидную целесообразность передачи материально-технического обеспечения в судебную систему. Финансово-организационная зависимость от органов исполнительной власти совершенно не способствовала независимости судов и проведению политики законности независимо от ранга и статуса сторон процесса. Ведь не секрет, что в общем суде практически бессмысленно было судиться с исполнительными органами, особенно если речь шла о суде первого звена - районном.

В то же время, по мнению юристов-практиков, в хозяйственном суде, где должность судьи - уже должность областного уровня, получить судебное решение в свою пользу в процессе с участием госорганов и организаций можно было чаще. Таким образом, большую степень независимости судов можно только приветствовать.

Есть смысл рассмотреть последствия реформирования применительно к отдельным элементам каждой из систем.

Кадры.

Как отмечается в бизнес-литературе, команда сотрудников - это основной фактор успеха в любом начинании. Нет работающей команды, коллектива профессионалов - нет движения вперед.

Сложно оценить внутренние убеждения конкретных судей и судебных исполнителей при решении вопроса о переходе в новые структуры, поэтому в этой части прогнозов делать не будем. Однако можно поразмышлять о другом - о наличии достаточной квалификации у членов команды (судей и судебных исполнителей) для решения возлагаемых на них задач.

В первую очередь рассмотрим реформу с точки зрения того, кто чем будет заниматься. Если присмотреться к предлагаемым изменениям, то в текущем режиме судей хозяйственных судов первого уровня (областных и г. Минска) изменения вообще не коснутся. Изменятся фактически только название и подчинение, причем подчинение Верховному суду вовсе не означает, что это будет подчинение уголовной или гражданской коллегии. Скорее всего, речь идет о подчинении экономической коллегии - как в плане пересмотра дел, так и в плане методического руководства.

В проектах декрета или указа нет никаких указаний на то, что судьи хозяйственных судов будут рассматривать гражданские или уголовные дела, равно как судьи общих судов - хозяйственные. Возможно, эти уточнения еще появятся в процессе доработки проектов (реформа еще только в самом начале), но пока никаких норм, свидетельствующих об окончательной ликвидации двойственности системы судов, обнаружить не удалось.

Это снимает ряд проблем, которые могли иметь место при механическом одномоментном слиянии систем. Ведь ни для кого не является секретом существование разных подходов к выяснению истины и применению законодательства в общих и хозяйственных судах. Общие суды не могут не учитывать низкого уровня правосознания населения, доступности юридической помощи, а также доходов и образования, что усложняет понимание важности и своевременности обращения к юристам. Поэтому при рассмотрении дел в общих судах использовался менее формальный подход к письменным доказательствам, больше внимания и доверия было к свидетельским показаниям, интересам сторон.

В последнее время даже появилась и была санкционирована на самом высоком уровне тенденция, сводящаяся к тому, что суд должен разъяснять сторонам их права далеко за пределами процессуальных прав.

Например, известны случаи отмены решений суда, когда суд не разъяснил одной из сторон право подать встречный иск о признании сделки недействительной, что влекло за собой отказ в первоначальном иске. На самом деле искать подобные выходы из ситуации - это работа адвоката, но население не всегда готово пользоваться их услугами, и судам приходится брать на себя эти функции.

В противоположность этому хозяйственные суды имеют дело с предприятиями, за которыми стоит организационная мощь, и они не имеют уважительных причин не пользоваться качественными услугами юристов в своей работе. Поэтому при рассмотрении дел в хозяйственных судах письменные доказательства имеют преимущество перед свидетельскими показаниями и в целом все гораздо более формализовано и должно быть оформлено в письменном виде.

В профессиональной среде бытует мнение, что в хозяйственном суде при рассмотрении спора смотрят на бумажки, а в общем - на людей. Это не плохо и не хорошо. Это отражает сложившийся в нашей стране порядок вещей. А как эти подходы можно объединить "на раз" - непонятно. Хорошо, если у нас пойдут по пути эволюционного развития. Однако исходя из содержания проектов документов можно сказать, что революции не предвидится.

Несколько иная ситуация с единой службой судебных исполнителей, которых ожидает как раз таки полное объединение. Какова будет внутренняя структура, будут ли отдельные исполнители для физических лиц и отдельные - для субъектов предпринимательской деятельности? Можно только гадать. Но отметим, что если одни и те же люди будут описывать телевизоры у неплательщиков алиментов и разыскивать технологическое оборудование, передаваемое по цепочке сделок, толку, скорее всего, не будет.

Обеспечение деятельности.

Тут речь идет не просто о том, кому "принадлежит карман", из которого осуществляется финансирование, а скорее - обо всем обеспечении процесса правосудия.

Надо понимать, что белорусская система хозяйственных судов в огромной степени благодаря инициативам бывшего председателя ВХС Виктора Каменкова очень сильно продвинулась в сторону передовых мировых тенденций в области госуправления. Под его руководством хозяйственные суды стали более открытыми, понятными, информационно обеспеченными. Они на практике стали использовать современные технологии, чего, к сожалению, нельзя сказать о системе общих судов.

Чтобы не быть голословным, предлагаю сравнить сайты ВХС и Верховного суда. Помимо этого, можно назвать немало инициатив, продвигаемых и поддерживаемых ВХС, которые делают правосудие не только доступным, но и понятным. В электронных базах данных находится множество решений хозяйственных судов, по которым можно изучить практику применения тех или иных норм, рассмотрения тех или иных споров, проводятся видеотрансляции судебных заседаний, используется диктофонная запись.

Практически один шаг остался до введения системы электронного учета движения дел. ВХС активно влиял на практику разрешения споров, вводя и поддерживая альтернативные виды правосудия - медиация, примирение, расширение приказного производства. Все это в области экономического правосудия действительно своевременно. Сейчас очень быстро все меняется, появляются новые идеи и механизмы, поэтому нужно иметь чувство перспективы и видение будущего, чтобы не отстать.

К сожалению, аналогичные инициативы от системы общих судов мне неизвестны. Все-таки система общих судов имеет дело с более вечными "ценностями": признаки убийства или хищения какими были 50 лет назад, такими и остались сейчас, равно как и принципы раздела имущества при разводе.

Это не хорошо и не плохо, это опять-таки отражает реалии - экономика меняется быстрее, чем люди. Поэтому хотелось бы, чтобы все прогрессивное, наработанное хозяйственными судами за последнее время не пало под давлением достаточно патриархального уклада системы общих судов. Все-таки система общих судов в десятки раз больше системы хозяйственных судов, и нужна очень серьезная воля руководителя, выражающего интересы хозяйственных судов, чтобы они не оказались в роли "бедных родственников", чьи потребности - дело десятое, а принципы открытости, понятности и доступности - просто слова.

Иногда очень сложно ответить на вопрос: зачем вам деньги на поддержание хорошего сайта? Подобный вопрос можно услышать даже от представителей бизнеса, что уж говорить о госорганах! Крайне не хотелось бы лишаться прогрессивных начинаний. Повторюсь еще раз: многое будет зависеть от настойчивости, силы воли и профессиональных качеств тех людей, которые будут этим заниматься.

Законодательное регулирование.

Этот вопрос тоже пока является весьма непонятным. Как таковой отмены процессуальных кодексов в рассматриваемых проектах не предусмотрено. С учетом того, что "вливание" (и то в виде отдельной структуры) в Верховный суд предусмотрено только для ВХС, то, видимо, и кодексы продолжат существовать, и именно по ним еще какое-то определенное время будут проводиться судебные разбирательства. Скорее всего, и здесь революции не предвидится.

Исходя из имеющейся информации можно сделать вывод, что реформа вышла неподготовленная. Выгоды объединения непонятны. В ряде случаев изменения фактически носят технический характер. Изменения в структуре не опосредованы соответствующими изменениями в процессуальных документах.

Для сторон судебных споров в рассмотрении споров ничего не изменится, однако могут последовать изменения в других аспектах - открытости судебной системы, понятности, доступности информации.

В существующем виде целесообразность реформы вызывает определенные сомнения. Возможно, это первый шаг к реальному объединению. В таком случае будем ждать, что последует дальше. Если это и есть окончательная реформа, то смысла в ней, по моему мнению, нет.

КОММЕНТАРИИ (3)

Muha:

5 ноября 2013, 15:27

Обидно, что информация о предполагаемых серьезных изменениях подана на уровне дилетанта-обывателя, а недостаточная информированность автора компенсирована его домыслами...

2muha:

5 ноября 2013, 20:23

Обидно, что Беларусь в очередной раз показывает, что отстает в сфере обеспечения доступа к информации не только от Европы, но даже и от России. Для того чтобы вы не сожалели о "дилетантизме" и домыслах автора статьи, информацию о нововведениях следовало обнародовать заблаговременно, как в России. Это называется проактивное распространение информации, т.е. государство не дожидается запроса, а заранее делиться инфой с гражданами. А потом начинается краудсорсинг. ВХС, к слову, частенько это практиковал и практикует. За это Каменков, наверное, и поплатился.

Ulad:

28 ноября 2013, 17:48

<scip> Удасканаленьне дзейнасьці судоў і органаў юстыцыі праз замах на канстытуцыйныя прынцыпы нельга лічыць новым для судоў і іншых органаў, прызначэньне якіх - блюсьці Канстытуцыю. Замах на канстытуцыйныя прынцыпы - замах на насельніцтва. У прыведзеных інтэрнет-довадах спасылка на міравую практыку дэмакратычных дзяржаў бракуе, паколькі Беларусь не аднесена да такіх краін, а самыя заможныя з дэмакратычных паліваюцца з блакітных экранаў поўнай адсутнасьцю правоў. Спасылка на памяньшэньне нагрузкі на судзей па сутнасьці супярэчыць спасылцы на павышэньне даступнасьці правасудзьдзя. Павялічце базавую велічыню яшчэ ў некалькі разоў - і судзьдзі зусім застануцца без нагрузкі. Зрушце прымусовую барыкаду ў выглядзе заканадаўча зняважальнай пошліны за спробу атрымаць дзяржаўную судзебную абарону - і атрымаеце слушны паказчык стану з правамі і іх абаронай, у любой краіне. Спасылка на адсутнасьць аднолькавасьці прымяненьня закона ўказваець на штучнасьць касацыйных, наглядных інстанцый, адсутнасьць пракуратуры, а не на хібнасьць канстытуцыйных прынцыпаў. Спасылка на цяжкасьці вызначэньня падсуднасьці і шматлікасьць працэсаў таксама не да месца, паколькі суды законы, у тым ліку аб падсуднасьці і працэсах, не прымаюць і не падпісваюць. Спасылка на свавольнае размежаваньне судоў, якое ўскладніла працэс судзебнай абароны і доступа да правасудзьдзя, супярэчыць як згаданай вышэй спасылцы аб павышэньні даступнасьці правасудзьдзя, якая ўпіраецца ў Падатковы Кодэкс, сумленнасьць правасудзьдзя, так і канстытуцыйнаму прынцыпу сьпецыялізацыі сістэмы судоў. Довад аб выпадках разрашэньня адной і той жа прававой сітуацыі па рознаму агульным і гаспадарчым судамі фармальна беззьмястоўны і супярэчыць заканадаўчай забароне разглядаць адну і тую ж прававую сітуацыю паўторна, хоць і ў разных судах. Супярэчлівасьць ня столькі як довад пад бок Канстытуцыі, колькі доказ зарплатнай бяздзейнасьці службовых асоб з адказным становішчам па прыкмечаным справам публічнага абвінавачваньня. На інтэрнэт-старонках CTV навіна дапоўнена прыкладам стварэньня Сьледчага Камітэта, рэкламай адсутнасьці хоць каго, хто сказаў бы пра наяўнасьць тэлефоннага права. За прыклад браць нельга, бо выцягнуты з нетраў МУС камітэт вызначаецца выкананьнем функцыі крымінальнай структуры - могуць гадзінамі ня выпускаць, патрабуючы адмовіцца ад заявы па матэрыялах спраў публічнага абвінавачваньня. З рэкламай аб адсутнасьці заяў аб тэлефонным праве пагадзіцца можна, бо цяпер функцыю тэлефона выконвае сьвісток. Было б слушней унесьці ў парадак дня пытаньне аб крыміналізацыі судзебна-праваахоўнай сістэмы ад макушкі да каблука. Нават у выпадках, калі сумленны праявіць сумленнасьць, ладыжка ня дасьць ходу справе, асабліва калі справа тычыцца служкаў з адказным становішчам. І тэтак мадэльна на любой вертыкальнай ступені. За альтэрнатыву можна ўзяць сугучны довад. Па прававой сітуацыі, якая тычыцца менавіта азначаных служкаў, бок агульнага, на чале з Вярхоўным, суда пакрыў супрацьпраўныя дзеяньні макушкі. А па зьнітаванай прававой сітуацыі бок Вышэйшага Гаспадарчага Суда паказаў дзеяньне закона. Па сутнасьці гэта і было дасягненьнем сучаснага правасудзьдзя. Аднак пад ціскам макушкі фактычна пачалася кампанія па дыскрэтызацыі судзебна-праваахоўнай сістзмай прымяненьня закона прамым і ўскосным ігнараваньнем рашэньня Вышэйшага Гаспадарчага Суда. Такія абставіны, зноў жа, - не канстытуцыйнага кшталту, а прадмет для пракуратуры, якая чуець толькі сьвісток. У рэчышчы міравой практыцы дыверсіфікацыі, тутэйшага будаваньня сістэмы для "дам и господ" у палацах краіне на шляху выхаваньня грамадства не хапае закона аб трыбунале для служкаў з адказным становішчам і тых, хто быў бы варты ім кіравацца. Служкі, якія ня толькі не абараняюць правы дарослых, а і распраўляюцца з дзецьмі, грамадства губяць. Сучаснае дзікунства і ў тым, што фігуранты расправы могуць засядаць нават у Камісіі па правах дзяцей. Увядзеньне двайнога новага сучасна робіцца проста, асабліва з падачы заказных дакладаў. Выкарыстаньне двайнога новага залежыць ад рук, у якія яно трапляець - новы хакейны кубак можа служыць як для гонару, так і быць прыладай забойства.

ОТПРАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ




* Все поля обязательны для заполнения

(PDF) Вход/Регистрация

Весь номер по полосам

Архив

Сервисы сайта

Follow belmarket on Twitter

Новости компаний

Архив