Март 02, 2009
Лариса МИХАЛЬЧУК

По приглашению Института им. Гете У. Рада и И. Шванд в феврале приняли участие в "круглом столе" на тему "Под книжной обложкой. От идеи книги до ее создания", организованном институтом с участием издательства "Рифтур" в рамках XVI Международной книжной выставки-ярмарки, а также посетили Гродно с целью сбора материала для новой книги. О чем будет новая книга и чем привлекла писателя тема рек, Уве Рада рассказал корреспонденту "БР":

- Я обратился к этой теме, потому что реки в определенном смысле невинны. Они были до того, как на их берегах поселились люди, в то время когда люди уже жили и живут вдоль них, и, может быть, они будут после того, как люди исчезнут. И благодаря этому реки могут показать совершенно другую историю - времени и пространства, отличающуюся от национальной истории одного государства.

В Германии, когда мы говорим о Немане, мы имеем в виду ту его часть, которая течет по территории бывшей Восточной Пруссии, от Смалининкая до Клайпеды, и которая называлась Мемель. Интересно то, что еще в XIX в. употреблялись два названия реки: в Восточной Пруссии, как я уже сказал, она называлась Мемель, а выше по течению - Неман. В восприятии немцев это были как бы две реки, и даже в учебниках по истории говорилось, что Тильзитский мир был подписан на Мемеле, но Наполеон со своими войсками перешел Неман, хотя речь идет об одной и той же реке и переправа через Неман состоялась всего на пять лет позже. И поэтому я хотел бы узнать, есть ли какая-то воображаемая река, которая соединяет обе эти реки, о которых знаем мы, немцы.

Я думаю, что ключ к пониманию Немана в том, что его русло пролегает на полиэтнической и мультикультурной территории. Национализация, или, вернее, попытки национализации коснулись Немана в XIX и XX веках: литовцы, поляки, белорусы - все они считали реку своей, но подобное явление касается не только Немана, но и всей европейской истории того времени.

Для меня очень интересна история Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, потому что тогда еще не было попыток привязать Неман к какой-то одной нации, и поэтому для меня также интересно, насколько часто сейчас здесь обращаются к истории Великого княжества Литовского.

Если говорить об исторических событиях, которые найдут отражение в книге, то, конечно, нельзя обойти разделы Речи Посполитой, потому что из-за них река перешла, если можно так сказать, в другие руки; периоды первой и второй мировых войн и время между ними, когда были образованы национальные государства Польши и Литвы и когда эти государства, которые когда-то были одним целым, вдруг стали врагами. Разумеется, будет отражен период Советского Союза с 1945 г. Поскольку мы говорим о межграничном потенциале реки, нужно сказать о границах, поэтому будет затронута тема Шенгена.
Справка "БР"
Уве Рада родился в 1963 г., живет в Берлине, работает редактором газеты Taz. Автор книг "Одер. Биография одной реки" и в соавторстве с фотографом Инкой Шванд - "Балтийские встречи. Путешествие по Эстонии, Литве и Латвии", "Польша туда и сюда". С книгами писателя можно ознакомиться в библиотеке Института имени Гете.
Инка Шванд родилась в 1964 г., живет в Берлине, работает в отделе планирования охраны окружающей среды федеральной земли Бранденбург в высшей школе Эберсвальде.

Замечу, для меня история ежедневности, история социальная, экономическая важнее, чем национальная. Если мы говорим, например, о Гродно, то интересно было бы проследить еврейскую тему, потому что в таких городах, как Каунас или Гродно, евреи составляли более 50% населения, и еврейское повествование всегда как бы перпендикулярно другим существующим и, в общем, параллельным между собой повествованиям. При этом евреи, может быть, были как раз теми людьми, которые воспринимали Неман как единое целое от устья до истока.

Вопрос состоит еще вот в чем: кому принадлежит память о Немане? Можно провести параллель: память об Адаме Мицкевиче принадлежит только полякам или белорусам и литовцам тоже? Об этом и будет книга.

- В 2008 г. в Германии вышла ваша книга "Одер. История одной реки", посвященная жизнеописанию Одера. Как возникла идея создания этой книги?

- В книге об Одере я решил, образно говоря, посмотреть хронологически в обратном направлении и показать, чем была река для людей в исторической ретроспективе. В средневековье у Моравии был свой Одер, у Бранденбурга - свой; в XVIII в. после Силезских войн и разделов Речи Посполитой Одер почти полностью попал в прусские руки. А потом началось то, что я называю национализацией реки, то есть каждый выставлял к ней свои претензии, говорил, что это его река.

С 1945 г. Одер был пограничной рекой между Польшей и Германией, разделял две страны, но в то же время он и соединял их.

В 90-е годы появилась возможность вновь обратиться к истории городов, расположенных вдоль Одера, о немецком прошлом которых раньше нельзя было вспоминать, поскольку они находятся на территории другого государства. И только в 90-е годы вспомнили о том, что по другую от Германии сторону Одера существуют немецкие памятники и могилы, о которых, может быть, и немцы тоже хотели бы и должны были бы заботиться.

Это очень сложный и деликатный вопрос, поскольку историческое наследие этих мест поляки рассматривают как польское, но, с другой стороны, у нас сейчас живут дети и внуки этнических немцев, которых переселили из этих городов в Германию.

После падения Берлинской стены у людей появилась возможность приехать в родные места, зайти в свой дом, познакомиться с людьми, которые там живут и заботятся о нем. Это дает людям успокоение, и они уезжают, понимая, что все в порядке. К тому же очень часто в этих домах живут поляки, которых в свое время выселили из Львова или Вильнюса, например. Люди узнают жизненные истории друг друга, и схожесть судеб помогает взаимопониманию и налаживанию диалога.

Для молодого поколения, которое получило возможность общаться со своими сверстниками с противоположного берега реки, Одер стал рекой соединяющей, а не разделяющей. Это уже другое, европейское поколение.

Когда возникает такая встреча двух сторон, река становится нарративным пространством.

- Есть ли у вас планы продолжить серию книг о реках?

- Пока не могу ответить на этот вопрос, но, думаю, каждый автор мечтает о трилогии. Если бы я смел мечтать об этом, то моя третья книга была бы о реке Эльбе. Может быть, это связано с тем, что по отцовской линии моя семья происходит из Богемии и в XIX в. там тоже никто не делал различий, немец ты или чех.

Существует традиция книг о реках, в которых река понимается как наднациональное пространство. Возьмем, к примеру, Рейн, который на протяжении XIX и ХХ вв. был то французским, то немецким; река только разделяла. А в 30-е гг. вышла книга Люсьена Февра, посвященная Рейну, которая была написана именно с наднациональной перспективой, и это то, чего я желал бы своим книгам.

Автор благодарит сотрудника Института им. Гете Веру Дедок за помощь в подготовке интервью.

Подписка на Все
28 июня 2017
Инициатором дополнений, вызвавших реакцию белорусского МИДа, стали литовские депутаты.
28 июня 2017
Распространение печатных изданий, аудиовизуальных программ без нее запрещается
28 июня 2017
Крупные компании обратились в МВД с заявлениями на хакеров
28 июня 2017
Всего Минпром выведет на него 69 гражданских машин
28 июня 2017
Они будут действовать до 31 января 2018 года.

Страницы